Электронная книга: Ганс Андерсен, Василий Авенариус, Владимир Одоевский, Лидия Чарская, Натаниель Готорн «Новогодний подарок. «Двенадцать месяцев» и другие сказки»

Новогодний подарок. «Двенадцать месяцев» и другие сказки

Поздравляем детей с Новым годом и дарим им сборник чудесных сказок в исполнении известных артистов – Ивана Охлобыстина, Владимира Вишневского, Валентины Кудиновой, народного артиста РФ Валерия Гаркалина и других.

В. П. Авенариус. СОЛНЦЕ, МОРОЗ И ВЕТЕР (Читает Иван Охлобыстин)

В. Ф. Одоевский. МОРОЗ ИВАНОВИЧ (Читает Татьяна Телегина)

ДВА МОРОЗА. Русская народная сказка (Читает Станислав Федосов)

Л. А. Чарская. ФЕЯ В МЕДВЕЖЬЕЙ БЕРЛОГЕ (Читает Валентина Кудинова)

Н. Готорн. СНЕЖНАЯ СТАТУЯ (Читает Станислав Федосов)

Х. К. Андерсен. ЕЛЬ (Читает Валентина Кузнецова)

Х. К. Андерсен. ИСТОРИЯ ГОДА (Читает н. а. РФ Валерий Гаркалин)

Х. К. Андерсен. СНЕГОВИК (Читает Вячеслав Герасимов)

Х. К. Андерсен. СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА (Читает Вячеслав Герасимов)

Э. Р. Л. де Лабулэ. ДВЕНАДЦАТЬ МЕСЯЦЕВ (Читает Владимир Вишневский)

Издательство: "АРДИС"

ISBN: 4607031765944

электронная книга

Оформить подписку и читать на Mybook

Василий Авенариус

Василий Петрович Авенариус
Дата рождения:

10 (23) сентября 1839(18390923)

Место рождения:

Царское Село

Дата смерти:

9 ноября 1923[1]

Место смерти:

Петроград

Род деятельности:

писатель

Направление:

детская литература

Васи́лий Петро́вич Авена́риус (18391923[1]) — писатель для детей и юношества.

Повесть «Современная идиллия» впервые помещена в «Всемирном труде» (1865). Отрицательное отношение к революционным стремлениям шестидесятых годов вызвали жестокие нападки критики как на эту, так и на следующую его повесть («Поветрие», 1867), и он скоро оставил общую литературу, только изредка возвращаясь к ней впоследствии.

Имя его известно почти исключительно в детской литературе. Он не был писателем по профессии и работал над своими произведениями очень медленно. Авенариус переложил, или вернее издал в приспособленном для детей виде, русские былины — «Книга о киевских богатырях» (1875). Эта книга приобрела большую популярность и много раз переиздавалась. Затем последовал ряд оригинальных сказок для детей («О пчёлке Мохнатке», «О муравье-богатыре» и др.).

В середине 80-х гг. Авенариус начинает издавать ряд повестей из жизни писателей («Отроческие годы Пушкина», 1886, «Юность Пушкина», 1888, «Гоголь-гимназист», 1897, «Гоголь-студент», 1898, «Школа жизни великого юмориста», 1899, «Детские годы Моцарта», 1901, «Создатель русской оперы — Глинка», 1903, «Молодость Пирогова», 1909).

Другая группа сочинений Авенариуса — его исторические повести, не поднимавшиеся выше обычных в то время исторических повестей и романов Данилевского, Соловьева, Мордовцева и других. Но все они были приспособлены к чтению подростками. В них больше рассказа о приключениях и описаний быта, чем психологии действующих лиц.

Третью группу представляют воспоминания детства и молодости («Листки из детских воспоминаний» и др.), о виденном и пережитом («Перед рассветом», «За тридцать лет»). Повесть «Перед рассветом» рисует картины крепостного быта накануне отмены крепостного права и воспроизводит психологию сторонников и врагов этой отмены в помещичьей среде.

Цель писательской деятельности Авенариуса — передача полезных сведений юным читателям. Его произведения проникнуты «благонамеренными» взглядами, что в своё время и облегчило им доступ в царскую школу в качестве «рекомендованной» литературы.

Литература

Примечания

  1. 1 2 По другим данным — писатель умер в 1919 году

Статья основана на материалах Литературной энциклопедии 1929—1939.


Источник: Василий Авенариус

Владимир Одоевский

Владимир Одоевский
Дата рождения:

1 (13) августа 1803

Место рождения:

Москва

Дата смерти:

27 февраля (11 марта) 1869

Место смерти:

Москва

Род деятельности:

русский писатель, философ, педагог, музыковед и теоретик музыки

Произведения в Викитеке?.

Влади́мир Фёдорович Одо́евский (1 (13) августа 1803, Москва — 27 февраля (11 марта) 1869, там же), князь — русский писатель, философ, педагог, музыковед и теоретик музыки. Один из главных пропагандистов немецкого идеализма в России. Был последним представителем одной из старейших ветвей рода Рюриковичей. Его отец Фёдор Сергеевич происходил по прямой линии от черниговского князя Михаила Всеволодовича, замученного в 1246 году в Орде и причисленного к лику святых.

Содержание

Первый московский период

Обычно жизнь и творчество Одоевского делится на три периода, границы между которыми более или менее совпадают с его переездами из Москвы в Петербург и обратно. Первый период относится к жизни в Москве, в маленькой квартире в Газетном переулке. Одоевский тогда учился в Московском университетском благородном пансионе (18161822). Там на его квартире собирался кружок «Общество любомудров», созданный под влиянием шеллингианских идей преподававших в пансионе профессоров Московского университета М. Г. Павлова и Д. М. Велланского. Среди постоянных членов этого кружка были А. И. Кошелев, Д. В. Веневитинов, И. В. и П. В. Киреевские, В. К. Кюхельбекер. Регулярно посещали заседания А. С. Хомяков, М. П. Погодин и В. Г. Белинский. Расцвет деятельности кружка пришелся на 18231825 гг. и завершился его ликвидацией после восстания декабристов. В те же годы Одоевский пробует свои силы на литературном поприще: вместе с Кюхельбекером издает альманах «Мнемозина» и пишет роман «Иероним Бруно и Пьетро Аретино», оставшийся не завершенным. В 1826 году он женился, поступил на службу в ведомство иностранных исповеданий и переехал в Санкт-Петербург.

Творчество петербургского периода

Для второго периода в творчестве Одоевского характерно увлечение мистическими учениями, прежде всего мистической философией Сен-Мартена, средневековой натуральной магией и алхимией. Он активно занимается литературным творчеством. Пишет романтические и дидактические повести, сказки, публицистические статьи, сотрудничает с пушкинским «Современником», «Вестником Европы» несколькими энциклопедиями. Редактировал «Журнал Министерства Внутренних дел». В 1846 году был назначен помощником директора Императорской публичной библиотеки и директором Румянцевского музея.

К этому же времени относится и лучшее, по общему признанию, из его произведений — сборник философских эссе и рассказов под общим названием «Русские ночи» (1844), данных в форме философской беседы между несколькими молодыми людьми. Сюда вплетены, например, рассказы «Последнее самоубийство» и «Город без имени», описывающие фантастические последствия, к которым приводит реализация закона Мальтуса о возрастании населения в геометрической прогрессии, а произведений природы — в арифметической, и теории Бентама, кладущую в основание всех человеческих действий исключительно начало полезного, как цель и как движущую силу. Лишённая внутреннего содержания, замкнутая в лицемерную условность светская жизнь находит себе живую и яркую оценку в «Насмешке Мертвеца» и в особенности в патетических страницах «Бала» и описании ужаса перед смертью испытываемого собравшейся на бале публикой.

Примерно к этому же времени относится подготовка трёхтомника собрания сочинений, также увидевшего свет в 1844 г. и остающегося до сих пор не переизданным.

Тогда же в 1840-е гг. Одоевский постепенно меняет своё мировоззрение: он разочаровывается в мистицизме, признает ценности новоевропейского естествознания и начинает активно пропагандировать идеалы народного просвещения. Наибольшую активность он развивает на этом поприще уже после возвращения в Москву в 1861 г., куда он приезжает вместе с Румянцевским музеем и во главе его. Одновременно он был назначен сенатором московских департаментов сената, где состоял до самой смерти.

Теория музыки и музыкальная практика

По воспоминаниям современников, интерес к музыке у Одоевского проснулся ещё в ранней юности. Даже в его маленькой квартирке в Газетном переулке размещалось небольшое кабинетное фортепиано. Особенно его привлекала музыкальная теория и, прежде всего, теория темперации. Неприменимость равномерно темперированной хроматической гаммы, используемой в классической музыке, для воспроизведения применявшихся в народной музыкальной практике музыкальных ладов стала очевидной ему, когда он записывал с голоса народные напевы. Это открытие, сделанное, вероятно, в конце 1840-х гг. в значительной степени определило направление его дальнейших изысканий и доказало ему действенность методов экспериментальной науки нового времени.

От народной музыки Одоевский перешёл к исследованию древних церковных ладов. Он понял, что и здесь традиция не укладывается в рамки, задаваемые равномерной темперацией, и стал изучать возможности энгармонических музыкальных инструментов. Результаты этих исследований нашли своё отражение в серии статей («Русская и так называемая общая музыка», «Об исконной великорусской песне», речь к открытию Московской консерватории «Об изучении русской музыки не только как искусства, но и как науки», «Музыкальная грамота или основания музыки для немузыкантов», «Музыка с точки зрения акустики»). Отчасти Одоевский смог воплотить их в созданный им «энгармоническом клавицине».

Энгармонический клавицин

Этот инструмент был заказан у мастера немецкого происхождения А. Кампе, проживавшего в Москве и содержавшего в Газетном переулке фортепианную фабрику, перешедшую в конце века к его дочери, в замужестве Смоляниновой. В архиве сохранилась расписка от 11 февраля 1864 г. о выплате 300 рублей серебром за изготовление инструмента. Хотя Одоевский называл его «клавицином», это было стандартное молоточковое фортепиано, с тем лишь отличием, что каждая его чёрная клавиша делилась надвое, кроме того у него было по одной чёрной клавише там, где обычно их нет — между си и до и между ми и фа.

Этот инструмент хранится ныне в Музее музыкальной культуры им. Глинки в Москве.

Общественная деятельность

Кроме неутомимой деятельности по собиранию, сохранению и реставрации русского музыкального наследия, — прежде всего в том, что касается православной церковной музыки, Одоевский не жалел сил и на некоторых иных поприщах. Одной из выдающихся сторон его литературной деятельности была забота о просвещении народа, в способности и добрые духовные свойства которого он страстно верил. Долгие годы он состоял редактором «Сельского Обозрения», издававшегося министерством внутренних дел; вместе с другом своим, А. П. Заблоцким-Десятовским, выпустил в свет книжки «Сельского чтения», в 20 тысячах экземпляров, под заглавиями: «Что крестьянин Наум твердил детям и по поводу картофеля», «Что такое чертеж земли и на что это пригодно» (история, значение и способы межевания) и т. д.; написал для народного чтения ряд «Грамоток дедушки Иринея» — о газе, железных дорогах, порохе, повальных болезнях, о том, «что вокруг человека и что в нём самом», — и, наконец, издал «Пёстрые сказки Иринея Гамозейки», написанные языком, которым восхищался знаток русской речи Даль, находивший, что некоторым из придуманных Одоевским поговорок и пословиц может быть приписано чисто народное происхождение (например «дружно не грузно, а врозь хоть брось»; «две головни и в чистом поле дымятся, а одна и на шестке гаснет»…). Его хлопотам обязаны были своим разрешением «Отечественные записки».

Приветствуя облегчение цензурных правил в 1865 г., Одоевский настойчиво высказывался против взятой из наполеоновской Франции системы предостережений и ратовал за отмену безусловного воспрещения ввоза в Россию враждебных ей книг.

Преобразования Александра II, обновившие русскую жизнь, встретили в Одоевском восторженное сочувствие. Он предлагал считать в России новый год с 19 февраля и всегда, в кругу друзей, торжественно праздновал «великий первый день „свободного труда“, как он сам выразился в стихотворении, написанном после чтения манифеста об упразднении крепостного права. Когда в 1865 г. в газете „Весть“ была помещена статья, в которой проводился, под предлогом упорядочения нашего государственного устройства, проект дарования дворянству таких особых преимуществ, которые, в сущности, были бы восстановлением крепостного права, только в другой форме, — князь Одоевский написал горячий протест, в котором, от имени многих его подписавших, говорил, что задача дворянства состоит в следующем: 1) приложить все силы ума и души к устранению остальных последствий крепостного состояния, ныне с Божией помощью уничтоженного, но бывшего постоянным источником бедствий для России и позором для всего её дворянства; 2) принять добросовестное и ревностное участие в деятельности новых земских учреждений и нового судопроизводства, и в деятельности этой почерпать ту опытность и знание дел земских и судебных, без которых всякое учреждение осталось бы бесплодным, за недостатком исполнителей; 3) не поставлять себе целью себялюбивое охранение одних своих сословных интересов, не искать розни с другими сословиями перед судом и законом, но дружно и совокупно со всеми верноподданными трудиться для славы Государя и пользы всего отечества и 4) пользуясь высшим образованием и большим достатком, употреблять имеющиеся средства для распространения полезных знаний во всех слоях народа, с целью усвоить ему успехи наук и искусств, насколько это возможно для дворянства».

С чрезвычайным вниманием следил Одоевский за начатой в 1866 г. тюремной реформой и за введением работ в местах заключения, ещё в «Русских ночах» указав на вредную сторону исправительно-карательных систем, основанных на безусловном уединении и молчании. Обновленный суд нашёл в нём горячего поборника. «Суд присяжных, — писал он, — не тем хорош, что судит справедливее и независимее судей чиновников. Очень может статься, что умный чиновник рассудит дело толковее и решит справедливее, нежели присяжный неюрист… Суд присяжных важен тем, что наводит на осуществление идеи правосудия таких людей, которые и не подозревали необходимости такого осуществления; он воспитывает совесть. Все, что есть прекрасного и высокого в английских законах, судах, полиции, нравах — все это выработалось судом присяжных, то есть возможностью для каждого быть когда-нибудь бесконтрольным судией своего ближнего, но судьей во всеуслышание, под критикой общественного мнения. Никогда общественная правдивость не выработается там, где судья — чиновник, могущий ожидать за решение награды или наказания от министерской канцелярии» («Русский Архив», 1874, № 7.).

Одоевскому принадлежит почин в устройстве детских приютов; по его мысли основана в Петербурге больница для приходящих, получившая впоследствии наименование Максимилиановской; он же был учредителем Елисаветинской детской больницы в Петербурге. В осуществлении задуманных им способов прийти на помощь страждущим и «малым сим» Одоевский встречал поддержку со стороны великой княгини Елены Павловны, к тесному кружку которой он принадлежал. Главная его работа и заслуга в этом отношении состояла в образовании, в 1846 г., Общества посещения бедных в Петербурге, деятельности которого впоследствии он всячески содействовал.

В СПб. консерватории хранится пожертвованный Одоевским большой орган «Себастьянон».

По смерти он не оставил ни детей, ни какого-либо состояния. В болезни его поддерживала верная и заботливая жена Ольга Степановна, урождённая Ланская.

Адреса в Санкт-Петербурге

  • 1826—1838 — дом Ланского — Мошков переулок, 1;
  • 1841—1844 — дом Шлипенбаха — Литейный проспект, 36;
  • 1846—1861 — доходный дом А. В. Старчевского — Английская набережная, 44.

Труды Одоевского по музыке

  • «Русская и так называемая общая музыка»,
  • «Об исконной великорусской песне»,
  • речь к открытию Московской консерватории «Об изучении русской музыки не только как искусства, но и как науки»,
  • «Музыкальная грамота или основания музыки для немузыкантов»,
  • «Музыка с точки зрения акустики»)
  • «Опыт о музыкальном языке» (1833),
  • «Об истинной русской музыке»,
  • «О пении в приходских церквах»,
  • «К вопросу о древнерусском пении» (газета «День» 1864 г., № 4, 17),
  • «Русская и так называемая общая музыка» (в «Русском» Погодина, 1867, № 11, 12).

См. также

Литература

  • Сакулин П. Н. «Из истории русского идеализма. Князь В. Ф. Одоевский». — М., 1913.
  • Койре А. «Философия и национальная проблема в России начала XIX века». — М., 2003.
  • Пятковский А. П. «Князь В. Ф. Одоевский». — СПб., 1870.
  • «В память о князе В. Ф. Одоевском». — Москва, 1869.
  • Сумцов Н. Ф. «Князь В. Ф. Одоевский». — Харьков, 1884.
  • «Русский Архив», 1869 и 1874.
  • Стасов В. В. «Румянцевский Музей». — 1882.
  • «Сочинения» Белинского (т. 9).
  • Скабичевский А. М. «Сочинения».
  • Панаев. «Литературные воспоминания» (1862).
  • Некрасова. «Сказки Одоевского».

Ссылки

Эмблема проекта
На Родоводе есть дерево предков и потомков этого человека: Одоевский, Владимир Фёдорович

Источник: Владимир Одоевский

Натаниель Готорн

Натаниел Готорн

Натаниел Готорн (Натаниел Хоторн, англ. Nathaniel Hawthorne; 4 июля 1804, Сейлем, Массачусетс18 мая 1864, Плимут, Нью-Гэмпшир) — один из первых и наиболее общепризнанных мастеров американской литературы. Он внёс большой вклад в становление жанра рассказа (новеллы) и обогатил литературу романтизма введением элементов аллегории и символизма.

Содержание

Биография

Уже с детства Готорн обнаруживал крайнюю нелюдимость. Окончил Бодойнский колледж (1825). Он испытывал, особенно в молодости, угрызения совести за своих предков-пуритан, один из которых вынес обвинительный приговор салемским ведьмам. С самых ранних произведений заметное место в его прозе занимала тема вины за старые грехи, в том числе грехи предков.

Первый роман был неудачен — «Фэншо» („Fanshaw“, 1828). Первые очерки его изданы были под заглавием „Twice told Stories“ (1837); о них восторженно отозвались Г. У. Лонгфелло и Э. А. По. Принужденный, вследствие стесненных материальных обстоятельств, принять место таможенного надсмотрщика (работал в таможне Бостона и Сейлема), Готорн продолжал писать и издал в 1841 году сборник детских рассказов под заглавием „Grandfathers Chair“. В 1842 году собрал лучшие свои новеллы на исторические и сверхъестественные сюжеты в сборнике «Рассказы старой усадьбы»

Пережив краткое увлечение трансцендентализмом, в 1841 году он примкнул к Брук-фарм, фурьеристской коммуне, члены которой стремились сочетать физический труд с духовной культурой. В 1850 году опубликовал первый роман, «Алая буква», который принёс писателю широкое признание в Европе и стал бестселлером, хотя и не принёс больших доходов. На следующий год Готорн выпустил второй роман, «Дом о семи фронтонах», в центре которого оказывается история упадка и вырождения сейлемского семейства. Историю своего разочарования в фурьеризме он поведал в романе «Блайтдейль» (1852, русский перевод 1913).

Совершенство художественной формы романов Готорна и глубина их нравственной проблематики нашли многочисленных почитателей среди молодых литераторов, таких, как Генри Джеймс. Один из них — Герман Мелвилл — поселился рядом с ним и посвятил Готорну «в знак преклонения перед его гением» свой знаменитый роман «Моби Дик».

Между 1853 и 1857 годами Готорн жил в Европе, занимая место американского консула в Ливерпуле. Он посетил Италию, где написал „The Marble Faun“, объездил Шотландию и, вернувшись в Америку, попал в самый разгар Гражданской войны между штатами. Друг его, бывший президент Союза Франклин Пирс, объявлен был изменником, и посвященная ему новая книга Готорна, „Our old Ноmе“, стоила последнему той популярности, которой он было достиг. Последние годы Готорн были полны физических страданий. Он написал ещё только недоконченный рассказ „Septimius Felton“ и отрывок „The Dolliver Romance“. Начинал, но не закончил работу над четырьмя новыми романами.

Новеллы Готорна

  • «Погребение Роджера Мэлвина» (1832) — действие этого рассказа начинается в 1725 году, когда после битвы с индейцами Роджер Мэлвин и его будущий зять Рёбен пробираются через заросли к своим. Поскольку оба ранены, старший из беглецов убеждает другого оставить его в лесу, при условии, что позднее тот вернётся с подмогой и либо спасёт его, либо предаст погребению его тело. Для опознания места Рёбен привязывает к верхушке молодого дуба свой платок. По возвращении в поселение Рёбен не решается признаться невесте, что оставил её отца на верную смерть, и пренебрегает данным тому обещанием. Однако душе его нет покоя. Много лет спустя Рёбен с женой и сыном отправляются в поисках лучшей доли на запад. Во время охоты Рёбен случайным выстрелом убивает сына. Когда он склоняется над его телом, вверху разгибается ветка дуба, на которой взивается привязанный им за много лет до этого платок.
  • «Мой родич, майор Молинью» (1831) — исторический рассказ о времени, предшествующем Американской революции. Повествование ведётся от имени молодого провинциала, прибывшего в Бостон, чтобы устроиться на службу по протекции родственника, майора Молинью. Оказавшись в центре предреволюционного волнения, он долго не может понять, что происходит вокруг, пока мимо не проводят униженного и подвергутого гражданской казни британца Молинью, с которым он связывал мечты о карьере.
  • «Молодой Браун» (1835) — действие происходит в пуританской Новой Англии XVII века. Молодой сейлемец по имени Браун ночью оставляет жену, чтобы встретиться в лесу с таинственной демонической фигурой, которая зовёт его на совершение нечистого обряда в ночной чаще. Молодой человек колеблется, не вернуться ли ему к молодой жене, но встречает спешащих на ночной шабаш горожан, среди которых и его возлюбленная. Пробудившись поутру, он не может определить, было ли всё произошедшее явью или видением, становится нелюдимым и до самой смерти подозревает окружающих в чёрных делах.
  • «Опыт доктора Хейдеггера» (1837) — аллегорический рассказ о старом учёном, который обнаружил источник вечной молодости. Его товарищи пробуют эликсир молодости — и на время возвращаются к греховным проказам былых лет. Этот опыт убеждает старика, что уж лучше старость, чем постоянное повторение ошибок юности.
  • «Родимое пятно» (1843) повествует о молодом учёном аристократе, которого изводит родинка на щеке прекрасной жены — единственный изъян на её теле. Он убеждает её вывести родимое пятно при помощи косметической операции, однако, как только жена обретает физическое совершенство, душа покидает её тело. Ярко выписана фигура похожего на Франкенштейна помощника учёного. В финале повествователь делает вывод о том, что лучшее — враг хорошего.
  • «Дочь Рапачини» (1844) — переработка старинной истории о красавице, которую с детства кормили ядами, чтобы во время соития с суженым она отравила его тело. На сюжет этого рассказа созданы пьеса Октавио Паса, опера и фильм.

Характеристика творчества

„Tanglewood Tales for Girls and Boys: Being a Second Wonderbook“. 1853

Творчество Готорна глубоко впитало пуританскую традицию Новой Англии — исторического центра первых поселенцев. Отвергая слепой фанатизм официальной пуританской идеологии (новелла «Кроткий мальчик»), Готорн идеализировал некоторые черты пуританской этики, видя в ней единственную гарантию нравственной стойкости, чистоты и условие гармонического существования (новелла «Великий карбункул»).

В своих новеллах Готорн рисует своеобразную жизнь первых пуританских пришельцев Америки, их всепоглощающее благочестие, суровость и непреклонность их нравственных понятий и трагическую борьбу между прямолинейными требованиями отвлеченной морали и естественными, непреодолимыми стремлениями человеческой природы. В рассказах Готорн особенно ярко выступают живые натуры, которых не иссушила пуританская набожность и которые поэтому становятся жертвами общественных условий. Готорн окружает их поэтическим ореолом, не делая их, однако, протестантами против взглядов окружающей их среды; они действуют инстинктивно и потому глубоко каются и стараются искупить свою «вину» раскаянием.

Реализм бытописательной и психологической части своих рассказов Готорн соединяет с мистической призрачностью некоторых отдельных фигур. Так, например, если Гестер Прин в „Scarlet Letter“Алая буква») — вполне живая личность, то её незаконная дочь, грациозная и полудикая — лишь поэтический символ греха матери, совершенно нематериальное существо, сливающее свою жизнь с жизнью полей и лесов.

Взаимосвязь прошлого и настоящего, взаимопроникновение реальности и фантастики, романтический пафос и подробное бытописательство, сатирический гротеск образуют идейно-художественное своеобразие новеллистики и романов Готорн — «Алая буква» (1850, русский перевод 1856), «Дом о семи шпилях» («Дом о семи фронтонах»; 1851, русский перевод 1852; 1975). По уменью возбуждать представления о предметах, не называя их по имени, Готорна можно сравнить с Эдгаром По, с которым он вообще имеет много общего в своих художественных приёмах.

Дополнительную глубину рассказам и романам Готорна придают элементы символизма: отдельные предметы приобретают в его трактовке значение, несопоставимое со своей повседневной функцией, и освещают повествование новым светом. Если в «Алой букве» знак, который героиня вынуждена была носить на груди, стал зримой печатью греха, то во втором романе таких символов несколько, главный среди них — ветшающий среди окружающей бурной растительности дом семейства Пинчонов. В «Погребении Роджера Мэлвина» символическую нагрузку несёт пригнутая в молодости главным героем дубовая ветка.

Писателю свойственно трагическое мироощущение. В творчестве Готорна выразилась романтическая критика современной ему цивилизации и отразились поиски положительного нравственного идеала и полноценной человеческой личности.

Сочинения

  • Сборники рассказов: «Дважды рассказанные рассказы» (Twice-Told Tales, 1837, 1842), «Мхи старой усадьбы» (Mosses from an Old Manse, 1846), «Снегурочка и другие дважды рассказанные рассказы» (The Snow-Image and Other Twice-Told Tales, 1851).
  • Книги для детей: «Дедушкино кресло» (Grandfather's Chair, 1841), «Знаменитые старики» (Famous Old People, 1841), «Дерево свободы» (Liberty Tree, 1841), «Биографические рассказы для детей» (Biographical Stories for Children, 1842), «Книга чудес» (A Wonder Book, 1852), «Тэнглвудские рассказы» (Tanglewood Tales, 1853).
  • Романы: «Алая буква» (The Scarlet Letter, 1850, рус. пер. 1856, 1957), «Дом о семи фронтонах» (The House of the Seven Gables, 1851, рус. пер. 1852, 1975), «Блитдейл» (The Blithedale Romance, 1852; рус. пер. 1912; «Счастливый дол», 1982).

«Мраморный фавн» (The Marble Fawn, 1860, рус. пер. «Переворот», 1860).

  • «Наша старая родина» (Our Old Home, 1863) — очерки об Англии.
  • Сборник «Всеобщая история Питера Парли» (Peter Parley's Universal History, 1837)

Библиография

  • Собр. соч. В 2 т. М., 1912—13.
  • Новеллы. М. — Л., 1965.
  • История американской литературы. Т. 1. М. — Л., 1947.
  • Брукс, В. В. Писатель и американская жизнь. Т. 1. М., 1967.
  • Каули, М. Готорн в уединении // Дом со многими окнами. М., 1973.
  • Литературная история Соединённых Штатов Америки. Т. 1. М., 1977.
  • Hawthorne. The critical heritage. L., [1970].
  • Browne N. E. A bibliography of N. Hawthorne. N. Y., 1968.

См. также

Ссылки

При написании этой статьи использовался материал из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1890—1907).

Источник: Натаниель Готорн

Look at other dictionaries:


Share the article and excerpts

Direct link
Do a right-click on the link above
and select “Copy Link”

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.